Удивительные истории из жизни знаменитых людей. Забавные истории из жизни великих людей

Удивительные истории из жизни знаменитых людей. Забавные истории из жизни великих людей

Как-то раз Генри Форд, путешествуя на малолитражном автомобиле своей фирмы, увидел на дороге точно такой же автомобиль с испортившимся мотором.

Он немедленно оказал незнакомому автомобилисту необходимую помощь: снабдил запасными частями, отрегулировал мотор. Когда благодарный владелец застрявшей машины протянул пять долларов, Форд улыбнулся: «Нет, нет, не нужно денег. У меня дела и так идут не плохо». «Не очень-то верится, почтенный! — ответил тот. — Преуспевай вы в делах, так не тряслись бы в жалком «фордике». ».

Галилео Галилей первую брачную ночь провел за книгой. Заметив, что уже светает, он отправился в спальню, но тотчас вышел оттуда и спросил у слуги: «Кто лежит в моей постели?» «Ваша жена, сударь», — ответил слуга. Галилей начисто забыл, что женился.

Немецкий математик Петер Густав Дирихле был очень неразговорчив. Когда у него родился сын, он послал своему тестю телеграмму, пожалуй, самую короткую за всю историю телеграфа: «2 + 1 = 3».

Выдающийся американский ученый Томас Эдисон, автор множества изобретений в области электротехники и связи, кинотехники и телефонии, химии и горного дела, военной техники, никогда не работал без помощника. Долгое время в проведении лабораторных опытов и демонстрации новой техники Эдисону помогал один из ассистентов, в прошлом простой матрос. Когда ему задали вопрос о том, как Эдисон делает свои изобретения, тот всякий раз искренне удивлялся: «Сам ума не приложу. Ведь все за него делаю я, а Эдисон только хмурит лоб, да отпускает в мой адрес замечания. И вообще: я работаю, а он отдыхает!».

Как-то раз Вольтер был приглашен на званый ужин. Когда все расселись, получилось так, что маэстро оказался между двух сварливых джентльменов. Хорошо выпив, соседи Вольтера принялись спорить, как правильно обращаться к прислуге: «Принесите мне воды!» или «Дайте мне воды!». Вольтер невольно оказался прямо в эпицентре этого спора. Наконец, устав от этого безобразия, маэстро не выдержал и сказал: — Господа, по отношению к вам оба этих выражения неприменимы! Вы оба должны говорить: «Отведите меня на водопой!».

Путешествуя по Франции, Марк Твен ехал поездом в город Дижон. Поезд был проходящим, и он попросил разбудить его вовремя. При этом писатель сказал проводнику: — Я очень крепко сплю. Когда вы будете меня будить, может быть, я буду кричать. Так не обращайте на это внимания и обязательно высадите меня в Дижоне. Когда Марк Твен проснулся, было уже утро, и поезд подходил к Парижу. Писатель понял, что проехал Дижон, и очень рассердился. Он побежал к проводнику и стал ему выговаривать. — Я никогда не был так сердит, как сейчас! — кричал он. — Вы не так сильно сердитесь, как тот американец, которого я ночью высадил в Дижоне, — ответил проводник.

После того как была успешно передана первая телеграмма из Европы в Америку, Александр Степанович Попов сделал в одном из столичных клубов очередной доклад об изобретении им системы беспроволочного телеграфа. В зале среди публики присутствовали представители царского двора, некоторые из них относились к сообщению Попова очень скептически. Так, одна из великосветских дам, не поняв ни слова из доклада, обратилась к Попову с таким, как ей думалось, каверзным вопросом: «Однако чем же вы все-таки объясните, что это телеграмма при своем прохождении через океан, с материка на материк, не потонула и даже не промокла?» Александр Степанович лишь пожал плечами, а дама, оглянувшись вокруг, самодовольно улыбнулась.

На торжественном закрытии автомобильной выставки 1896 года в Париже французский физик и электротехник Марсель Депре предложил тост за будущий автомобиль, который достигнет скорости 60 километров в час. В ответ один известный тогда конструктор автомобилей недовольно отозвался: — Ну почему всегда находится тот, кто своими глупыми предсказаниями испортит все торжество!

Однажды один знакомый Александра Пушкина, офицер Кондыба, спросил поэта, может ли он придумать рифму к словам «рак» и «рыба». Пушкин ответил: «Дурак Кондыба!» Офицер сконфузился и предложил составить рифму к сочетанию «рыба и рак». Пушкин и тут не растерялся: «Кондыба — дурак».

«Для слуги нет великого человека». Любопытным подтверждением этого старого правила стало мнение старика садовника, несколько десятков лет прослужившего у Чарльза Дарвина. Он с любовью относился к знаменитому естествоиспытателю, но был «минимального мнения» о его способностях: «Хороший старый господин, только вот жаль — не может найти себе путного занятия. Посудите сами: по нескольку минут стоит, уставившись на какой-нибудь цветок. Ну, стал бы это делать человек, у которого есть какое-нибудь серьезное занятие?».

Как-то, выступая в политехническом институте на диспуте о пролетарском интернационализме, Владимир Маяковский сказал: — Среди русских я чувствую себя русским, среди грузин — грузином… — А среди дураков? — вдруг кто-то выкрикнул из зала. — А среди дураков я впервые, — мгновенно ответил Маяковский.

Английский физик-теоретик Поль Дирак женился на сестре Вигнера. Вскоре к нему в гости заехал знакомый, который еще ничего не знал о происшедшем событии. В разгар их разговора в комнату вошла молодая женщина, которая называла Дирака по имени, разливала чай и вообще вела себя как хозяйка дома. Через некоторое время Дирак заметил смущение гостя и, хлопнув себя по лбу, воскликнул: — Извини, пожалуйста, я забыл тебя познакомить — это… сестра Вигнера!

Бернард Шоу, уже будучи прославленным писателем, однажды столкнулся на дороге с велосипедистом. К счастью, оба отделались только испугом. Велосипедист начал извиняться, но Шоу возразил: — Вам не повезло, сэр! Еще немного энергии — и вы заслужили бы бессмертие как мой убийца.

Однажды очень тучный человек сказал тощему Бернарду Шоу: — Вы выглядите так, что можно подумать, будто ваша семья голодает. — А посмотреть на вас, можно подумать, что вы являетесь причиной этого бедствия.

Прусский король Фридрих II, считая себя человеком эрудированным, любил беседовать с членами своей академии наук, подчас задавая во время этих бесед нелепейшие вопросы. Однажды он спросил академиков: «Почему бокал, наполненный шампанским, дает более чистый звон, чем бокал, наполненный бургундским?» Профессор Зульцер от лица всех присутствующих академиков ответил: «Члены академии наук при том низком содержании, которое назначено им вашим величеством, к сожалению, лишены возможности ставить подобные опыты».

Как-то раз Альберт Эйнштейн ехал в трамвае по Лейпцигу. И в этом самом трамвае был кондуктор. Кондуктор подошел к физику и попросил заплатить за проезд. Эйнштейн совершенно спокойно отсчитал необходимую сумму и протянул ее кондуктору. Тот пересчитал деньги и сообщил, что не хватает еще 5 пфеннигов. — Я внимательно считал! Этого не может быть! — возразил Эйнштейн. Кондуктор протянул деньги ученому, которого, кстати, не узнал или попросту не знал, несмотря на то, что Эйнштейн уже успел стать известным на весь мир физиком. Эйнштейн пересчитал мелочь — 5 пфеннигов действительно не хватало. Эйнштейн нашел в кармане недостающую сумму и вновь протянул деньги кондуктору. Кондуктор пересчитал деньги, покачал головой и язвительно добавил: — Могли бы к таким годам научиться считать хотя бы до пяти, это не такое великое дело.

Однажды Ильфа и Петрова спросили, приходилось ли им писать под псевдонимом. На что они ответили: — Конечно, Ильф иногда подписывался Петровым, а Петров Ильфом.

Сэр Артур Конан Дойл шутки ради выбрал адреса 12 самых крупных лондонских банкиров, пользующихся репутацией исключительно честных и добропорядочных людей, и послал каждому из них телеграмму такого содержания: «Все выплыло наружу. Скрывайтесь». На следующий день все 12 банкиров исчезли из Лондона. Фактом своего бегства все они признали преступный и антиобщественный характер своей деятельности.

Александр Дюма как-то обедал у известного врача Гисталя, который попросил писателя написать что-нибудь в его книгу отзывов. Дюма написал: «С того времени, как доктор Гисталь лечит целые семьи, нужно закрыть больницу» Врач воскликнул: — Вы мне льстите! Тогда Дюма дописал: «И построить два кладбища…»

Ги де Мопассан некоторое время работал чиновником в министерстве. Через несколько лет в архивах министерства обнаружили характеристику на Мопассана: «Прилежный чиновник, но плохо пишет».

Читать еще:  Сколько жемчужин может быть в одной раковине. Как в ракушках образуются жемчужины. Легенды и истории

В 1972 году один молодой индус написал Джону Леннону, что у него есть мечта совершить кругосветное путешествие, но нет денег, и попросил выслать необходимую сумму. Леннон ответил: «Занимайся медитацией, и ты сможешь увидеть весь мир в своем воображении». В 1995 году индус все же отправился в кругосветное путешествие. Он получил нужную сумму, продав на аукционе письмо Леннона.

Однажды таможенник, досматривая багаж прибывшего в Нью-Йорк британского драматурга, поэта и писателя Оскара Уайльда, широко известного своим остроумием, поинтересовался у высокого гостя, есть ли при нем драгоценности и предметы искусства, которые необходимо внести в декларацию. — Ничего, кроме моего гения, — ответил Оскар Уайльд.

Когда нынешний наследник британской короны принц Чарльз учился в Кембридже, с ним на все занятия ходил телохранитель. Кембриджская система обучения позволила бодигарду участвовать в обсуждении и диспутах. И в конце обучения преподаватели предложили ему сдать экзамены. В итоге телохранитель набрал больше баллов, чем сам принц, и тоже получил диплом.

Как-то на приеме Чарли Чаплин исполнил для собравшихся гостей очень сложную оперную арию. Когда он закончил, один из гостей воскликнул: — Потрясающе! Я не подозревал, что вы так великолепно поете. — Вовсе нет, — улыбнулся Чаплин, — я никогда не умел петь. Я всего-навсего подражал сейчас знаменитому тенору, которого я слышал в опере.

Во время отдыха Владимира Высоцкого в Сочи в его гостиничный номер заглянули воры. Вместе с вещами и одеждой они прихватили и все документы, и даже ключ от московской квартиры. Обнаружив пропажу, Высоцкий отправился в ближайшее отделение милиции, написал заявление, и ему обещали помочь. Но помощи не понадобилось. Когда он вернулся в номер, там уже лежали похищенные вещи и записка: «Прости, Владимир Семенович, мы не знали, чьи это вещи. Джинсы, к сожалению, мы уже продали, но куртку и документы возвращаем в целости и сохранности».

Удивительные истории из жизни знаменитых людей. Забавные истории из жизни великих людей

Однажды, находясь в Швеции, знаменитый датский физик Нильс Бор поехал со своими родными и друзьями встречать брата.

Прибыв на вокзал, Бор отправился за перронными билетами на всю компанию. Вскоре он вернулся с билетами очень расстроенный и обескураженный. «Все-таки в Швеции дело поставлено рациональнее, чем у нас в Дании, – грустно сказал он. – У нас билетные автоматы работают на электричестве, а здесь на каждом автомате надпись, предлагающая покупателю, прежде чем опустить монету, стать на небольшую площадку. Таким образом, здесь автомат срабатывает за счет силы тяжести, не расходуя дорогой электроэнергии». Когда встречающие подошли ко входу на перрон, контролер отказался пропустить их. Это не перронные билеты, – объявил он Бору. – Это квитанции весов-автомата, на которых вы почему-то взвешивались несколько раз.

Знаменитый пароход-гигант «Грейт Истерн», созданный английским инженером И. Брюнелем, был столь огромен и необычен, что в морском лексиконе не нашлось даже терминов для обозначения шести его мачт. Пришлось назвать их по дням недели: «мачта-понедельник», «мачта-вторник», «мачта-среда» и т. д. Будучи пассажиром «Грейт Истерн», известный писатель-фантаст Жюль Верн решил разыграть матроса, любезно объяснявшего ему названия мачт, и спросил: — А почему же не поставили еще и «мачту-воскресенье»? — Потому что на море нет выходных, сэр! — с достоинством ответил моряк.

В 1930 году в Германии вышла книга с критикой теории относительности под заглавием «Сто профессоров доказывают, что Эйнштейн не прав». Узнав об этом, Эйнштейн только пожал плечами: «Сто? Зачем так много? И одного было бы достаточно».

Репортер спросил А. Эйнштейна, записывает ли он свои великие мысли и, если за­писывает, то куда – в блокнот, записную книжку или специальную картотеку. Эйнштейн посмотрел на объемистый блокнот репортера и сказал. «Милый мой! Настоящие мысли приходят так редко в голову, что их нетрудно и запомнить».

Альберт Эйнштейн любил фильмы Чарли Чаплина и относился с большой симпатией к созданному им герою. Однажды он написал в письме к Чаплину: «Ваш фильм «Золотая лихорадка» понятен всем в мире, и Вы непременно станете великим человеком. Эйнштейн» На это Чаплин ответил так: «Я Вами восхищаюсь еще больше. Вашу теорию относительности никто в мире не понимает, а Вы все-таки стали великим человеком. Чаплин».

Во время знаменитого Швейцарского похода, когда А. В. Суворов (1730 — 1800) был главнокомандующим объединенных русско-австрийских войск, союзники всячески уклонялись от выполнения своих обязательств, и основная тяжесть боевого марша выпала на долю наших солдат. После блистательного завершения этой труднейшей в истории войн кампании, австрийцы, желая показать, что, дескать, и «они пахали», вознамерились выпустить памятную медаль в честь героического похода. Узнав об этом, Суворов только и сказал: — На одной стороне этой медали надо отчеканить российский герб с девизом «бог с нами», а на другой — австрийский герб с девизом «бог с ними»!

Жена одного офицера как-то пожаловалась А. В. Суворову на своего мужа: — Ваша светлость, он со мной дурно обращается. — Это меня не касается,- ответил полководец. — Но он за глаза и вас бранит… — А это, матушка, тебя не касается.

Как-то А. В. Суворова спросили, сколько он получил ранений. На это Александр Васильевич ответил, что был ранен 32 раза на войне, десять раз дома и двадцать — при дворе».

Когда спросили у Александра Васильевича Суворова, что такое глазомер, великий полководец ответил: — Глазомер — это значит нужно влезать на дерево, обозреть неприятельский лагерь и тут же поздравить себя с победой. Так поступил он при Рымнике.

Древнегреческий драматург Софокл однажды в разговоре сказал, что три написанных им стихотворения стоили ему трех дней упорного труда. — Трех дней! — воскликнул посредственный поэт.- Да я в это время написал бы сто. — Да,- ответил Софокл,- но они существовали бы только три дня.

Прохожий спросил философа Сократа: — Сколько часов пути до города? Сократ ответил: — Иди… Путник пошел, и, когда он прошел двадцать шагов, Сократ крикнул: — Два часа! — Что же ты мне сразу не сказал? — возмутился тот. — А откуда я знал, с какой скоростью ты будешь идти!

Как-то раз английского астронома Артура Эддингтона спросили: – Сэр, правду ли говорят, что вы один из трех человек в мире, которые понимают теорию относительности Эйнштейна? Наступило неловкое молчание – ученый явно затруднялся с ответом. Тогда спрашивающий поспешил исправить положение: – Может быть, сэр, я что-то не так сказал? Мне, видимо, сэр, следовало бы догадаться, что вы, сэр, при всей вашей скромности, сочтете мой вопрос несколько бестактным. В таком случае, сэр, позвольте… Ничего… ничего… – благодушно прервал его Эддингтон, – Просто я задумался, пытаясь вспомнить, кто же этот третий.

Как-то показывая студентам опыты с лейденской банкой, знаменитый немецкий физик В. Рентген предупредил слушателей: — С этой банкой надо обращаться очень и очень осторожно. Если в ней накопить достаточно большой электрический заряд, то, замкнув обкладки, можно убить даже быка. Для большей наглядности он самоотверженно разрядил прибор через самого себя. Получив при этом легкий щелчок, Рентген инстинктивно отдернул руку и, переведя дух, спросил: — Ну как, видели? То-то… Кто объяснит, что сейчас произошло? Студенты растерянно переглянулись, и одни из них, наконец, произнес: — Одно из двух, профессор… Или ваше утверждение было несколько преувеличенным, или вы значительно здоровее быка!

Сиракузский тиран Дионисий послал Филоксена, критиковавшего его поэмы, работать на каменоломни. Через некоторое время он снова потребовал его во дворец, чтобы тот выслушал и оценил его новые стихи. Филоксен слушал его внимательно, затем молча поднялся и направился к двери. — Куда ты направился? — спросил тиран. — Государь, я возвращаюсь в каменоломню,- ответил тот.

Кто-то упрекнул Дионисия, что он поручил важную должность человеку, презираемому всеми гражданами в Сиракузах. Дионисий ответил: — Я хотел, чтобы в Сиракузах был кто-нибудь, кого бы больше проклинали, чем меня.

У Вольтера был приятель-врач, с которым он охотно проводил вечера, когда был здоров. Но стоило ему заболеть, как он немедленно писал врачу записку: «Любезный доктор! Будьте добры, не приходите сегодня: я болею».

Французскому писателю и философу Вольтеру задали вопрос, в каких отношениях он находится о Богом, не проявляет ли он к Богу неуважения. Он с достоинством ответил: — К сожалению, многие давно заметили обратное. Я Богу кланяюсь уже много лет, но ни на один мой самый вежливый поклон он мне еще ни разу не ответил.

Читать еще:  Как сложить бумажный самолет. Как сделать бумажный самолетик, который долго летает: варианты моделей, пошаговые схемы, фото и видео. Польза от оригами

Книги Вольтера, обличавшие церковников, подвергались цензурным преследованиям. Одну из книг цензоры приговорили к сожжению. Вольтер в связи с этим заметил: — Тем лучше! Мои книги что каштаны: чем больше их поджаривают, тем охотнее их покупают.

Макс Борн в качестве экзамена на докторскую степень выбрал астрономию. Когда он пришел на экзамен к Шварцшильду, тот его спросил: «Что вы делаете, когда видите па­дающую звезду?» Борн, понимавший, что на это надо отвечать приблизительно так: «Я бы замерил время и направление движения, длину светящийся траектории и затем вычислил бы приблизительную траекторию», не удержался и ответил: «Загадываю желание».

Александр Македонский в ранней юности обучался игре на кифаре. Однажды учитель велел ему ударить по одной струне, как того требовала мелодия песни, а Александр, показав на другую, сказал: — Что изменится, если я ударю вот по этой? — Ничего,- ответил учитель,- для того, кто готовится управлять царством, но много для желающего играть искусно.

Однажды учитель великого греческого математика Эвклида спросил: — Что бы ты предпочел: два целых яблока или четыре половинчатых? — Конечно, четыре половинчатых. — А почему? — спросил учитель.- Ведь это одно и то же. — И совсем не одно и то же,- ответил будущий математик,- выбрав два целых яблока, как я могу узнать, червивые они или нет?

Однажды известного немецкого врача Э. Хейма срочно вызвали в больницу: тяжело больной пациент, которого он лечил, потерял сознание, и казалось, был при смерти. Приехав, в больницу, Хейм предпринял экстренные меры, и больной начал приходить в себя. Он открыл глаза и, обведя взглядом врачей и сестер, сгрудившихся вокруг его постели, неожиданно спросил Хейма: — А это что за олухи? Вне себя от радости, что больной очнулся, Хейм повернулся к своим коллегам и торжествующе сказал: — Вы видите господа, он сразу вас всех узнал!

Намереваясь показать людям, что двоичное счисление — это не забава, а метод с большим будущим, знаменитый немецкий математик Г. Лейбниц изготовил специальную медаль. На ней изображена таблица простейших действий над числами в двоичной системе и отчеканена фраза: «Чтобы вывести из ничтожества все, достаточно единицы».

Один молодой человек спросил Моцарта, как писать симфонии. — Вы еще очень молоды,- ответил Моцарт,- почему бы вам не начать с баллад? — Но ведь вы сочинили симфонию, когда вам было всего девять лет… — Это верно,- согласился Моцарт,- но я никого не спрашивал, как это сделать.

К Катону Старшему обратился один из его горячих сторонников и сказал: — Это возмутительно, что до сих пор в Риме тебе не поставлен памятник! Этим следует заняться. — Оставь,- ответил ему Катон.- Я предпочитаю, чтобы люди говорили: «Почему у Катона нет памятника?», чем они будут задаваться вопросом: «Почему это Катону поставили памятник?»

Однажды Гайдн дирижировал оркестром в Лондоне. Ему было известно, что многие англичане порой ходят на концерты не столько ради удовольствия послушать музыку, сколько по традиции. Некоторые лондонские завсегдатаи концертных залов приобрели привычку засыпать в своих удобных креслах во время исполнения. Гайдну пришлось убедиться, что и для него не сделано исключения. Это обстоятельство весьма раздосадовало композитора, и он решил отомстить равнодушным слушателям. Месть была остроумной. Специально для лондонцев Гайдн написал новую симфонию. В самый критический момент, когда часть публики начала клевать носом, раздался громоподобный удар большого барабана. И каждый раз, едва слушатели успокаивались и вновь располагались ко сну, раздавался барабанный бой. С тех пор эта симфония носит название «Симфония с ударами литавр», или «Сюрприз».

У Гайдна было много завистников среди посредственных композиторов. Один из них решил завербовать себе в союзники… Моцарта. Он пригласил великого композитора на концерт, в котором исполнялся гайдновский квартет, и во время исполнения возмущенно сказал Моцарту. — Я бы так никогда не написал. — Я тоже,- живо ответил Моцарт,- и знаете почему? Ни вам, ни мне эти прелестные мелодии никогда не пришли бы в голову.

К старому венскому капельмейстеру явился молодой человек и, протянув конверт с рекомендательным письмом от своего первого учителя музыки, застенчиво попросил обучить его контрапункту. Распечатав конверт, капельмейстер прочитал: «Податель сего пустой фантазер, который помешался на том, что может сделать переворот в музыке. У него вовсе нет таланта, и он, конечно, за всю свою жизнь не сочинит ничего порядочного. Имя его — Йозеф Гайдн».

Был 1583 год. В Пизанском соборе шла служба. Все усердно молились. Один молодой итальянец, студент местного университета, словно не видел и не слышал происходящего вокруг. Внимание его было приковано к церковным люстрам, слегка покачивающимся на длинных цепях. Взяв свою левую руку за запястье, он принялся отсчитывать удары пульса, следя за размахом люстр. «А ведь таким способом можно измерять время»,- подумал он. Этот молодой человек был будущий великий ученый Галилео Галилей. Так в 1583 году был открыт маятник.

Однажды великий французский сатирик Франсуа Рабле очутился в денежном затруднении и ему нечем было заплатить за проезд из Лиона в Париж. Но не в натуре Рабле было унывать и «ждать у моря погоды». Он насыпал в три бумажных пакетика сахарного песку, надписал на них: «Яд для короля», «Яд для королевы», «Яд для дофина» — и положил их на видном месте. Служанка гостиницы, убирая комнату, прочла надписи и побежала к хозяину. Тот вызвал стражу. Рабле схватили и под конвоем отправили в Париж. Представ перед прокурором, он поторопился признаться в своей проделке и, прежде чем блюститель закона успел опомниться, проглотил «яд».

Забавные истории из жизни известных людей!

Фаина Раневская

Актеры с давних пор пользуются одним приемом, чтобы лучше войти в роль перед спектаклем. Переодеваясь в гримерной, они полностью раздеваются и остаются без одежды несколько минут. Это помогает им отвлечься от своего мирского образа и подготовиться к роли. Затем актер надевает костюм и идет на сцену.

Однажды Фаина Раневская перед спектаклем, практикуя этот метод, стояла в гримерке перед зеркалом абсолютно голая и курила.

В этот момент администратор порывисто влетел в гримерку, видимо для того, чтобы сообщить что-то важное. Но увидев «картину», замер на пороге в молчаливом изумлении. Раневская наблюдала за ним через зеркало. Наконец, выдержав некоторую паузу, она поинтересовалась:

— Ничего, что я курю?

Марк Твен

Как-то раз Марку Твену пришло письмо, в котором было лишь одно слово: «Свинья».

Недолго думая, писатель в своей газете опубликовал ответ на это послание: «Письма без подписи мне приходится получать довольно часто. Но вчера мне первый раз прислали подпись без письма».

Как-то находясь на светском рауте, Марк Твен беседовал с одной неприятной особой. Чтобы сгладить неловкость, он решил сделать ей комплимент:

— Вы сегодня просто очаровательны!

На что грубая дама бросила:

— Не могу сказать того же о вас.

Марк Твен не растерялся:

— Но вы можете сделать как я! Соврите!

Фут

В 19 веке в Британии большой известностью пользовался актер по фамилии Фут. Как-то раз во время путешествия по стране, он остановился на ночлег в одном маленьком городишке.

Заказав себе в трактире обед, он с удовольствием съел его и на учтивый вопрос хозяина трактира, понравился ли ему обед, актер, находясь в отличном расположении духа, ответил:

— Сегодня я пообедал лучше всех в Англии

— За исключением нашего мэра, – вежливо подсказал ему трактирщик.

— Ерунда! Я точно отобедал лучше всех!

— Кроме мэра, — вновь произнес трактирщик.

Словесная перепалка переросла в конфликт, и трактирщик потащил актера к тому самому мэру. Мэр, выслушав трактирщика, сообщил Футу, что в их городе всем предписано выражать всяческое уважение к мэру и упоминать его при каждом удобном случае. А нарушителям этого распоряжения сулит либо штраф, либо сутки тюрьмы. Актер тут же заплатил штраф и, возмущенный нелепой историей, в сердцах сказал:

— В жизни не видел такого глупца, как этот трактирщик!

И, повернувшись к мэру, добавил:

— За исключением мэра, конечно.

Александр II

Один помещик, получивший титул за свои заслуги, а не от рождения, и не имевший знатного происхождения, очень хотел отправить своего сына учиться в Университет. В то время необходимо было испрашивать специального разрешения на поступление у государя. И помещик взялся сочинять послание царю. Поскольку сам он был человек малограмотный, то проблемы с составлением письма возникли уже с самого начала – он не знал, как обратиться к государю. Где-то он слышал, что высоких особ именуют «августейшими». Но почему именно так, помещику было не известно. Дело происходило в сентябре, и помещик решил, что самым лучшим образом обратиться к государю в это время будет так: «Сентябрейший государь…».

Читать еще:  Грудничок упал с дивана что делать. Ребенок упал с кровати или дивана вниз головой и ударился: что делать — мнение доктора Комаровского

Полученное послание Александра II очень развеселило. Он постановил:

— Принять сына в Университет и обучать там, чтобы не был таким же неграмотным, как отец.

Сократ

Скорость ходьбы
Прохожий спросил философа Сократа:
— Сколько часов пути до города?
Сократ ответил:
— Иди.
Путник пошел, и, когда он прошел двадцать шагов, Сократ крикнул:
— Два часа!
— Что же ты мне сразу не сказал? — возмутился тот.
— А откуда я знал, с какой скоростью ты будешь идти!

Сократово спокойствие
Немногие люди терпеливо сносят, когда заочно говорят о них дурно. Сократ, великий философ афинский, с величайшим равнодушием слушал, как его поносят за глаза.
— Если заочно и бить меня будут,- говорил всегда философ,- то я и тогда ни слова не скажу.

Петр I

Смерть помешала вручить награду
Помните строки пушкинской «Полтавы»: «. Где же Мазепа? Где злодей? Куда бежал Иуда в страхе?» Сравнение Мазепы с Иудой, которому заплатили за предательство тридцать сребреников, с точки зрения нумизматики имеет особый смысл.
Узнав об измене Мазепы, Петр I решил «заплатить» предателю своеобразной монетой. Эта монета была изготовлена специально — весом около 4 кг и с соответствующей надписью. По замыслу Петра, пресловутый гетман в знак своего предательства должен был носить гигантскую монету на шее до конца своей жизни. Только смерть Мазепы помешала царю осуществить этот план.

Медаль за пьянство
Великий Петр не уважал чрезмерно страстных любителей хмельного. Согласно его указу пьяницам, которые попадали в тюрьмы, вешали на шею чугунную медаль весом в 17 фунтов (около 7 кг) с надписью «За пьянство».

Вольтер

Философ и Бог
Французскому писателю и философу Вольтеру задали вопрос, в каких отношениях он находится о Богом, не проявляет ли он к Богу неуважения. Он с достоинством ответил:
— К сожалению, многие давно заметили обратное. Я Богу кланяюсь уже много лет, но ни на один мой самый вежливый поклон он мне еще ни разу не ответил.

Осторожность
Когда Вольтера спросили, не возьмется ли он написать историю своего короля, он резко ответил:
— Никогда! Это было бы вернейшим средством потерять королевскую пенсию.

Эффектная острота
Один ученый, желая видеть Вольтера, специально поехал в Ферне, где был весьма ласково принят племянницей писателя госпожой Дени. Однако сам Вольтер не появлялся. Перед отъездом гость написал хозяину: «Я вас считал богом и теперь окончательно убедился в своей правоте, так как увидеть вас невозможно».
Вольтеру так понравилась эта острота, что он побежал за ее автором и расцеловал его.

Как каштаны
Книги Вольтера, обличавшие церковников, подвергались цензурным преследованиям. Одну из книг цензоры приговорили к сожжению. Вольтер в связи с этим заметил:
— Тем лучше! Мои книги что каштаны: чем больше их поджаривают, тем охотнее их покупают.

Друг Вольтера
У Вольтера был приятель-врач, с которым он охотно проводил вечера, когда был здоров. Но стоило ему заболеть, как он немедленно писал врачу записку: «Любезный доктор! Будьте добры, не приходите сегодня: я болею».

Рецензия Вольтера
Один молодой драматург попросил Вольтера прослушать свою новую пьесу. Прочитав ему свое произведение, он с нетерпением ждал мнения Вольтера.
— Вот что, молодой человек,- сказал Вольтер после долгой паузы.- Такие вещи вы можете писать, когда станете пожилым и знаменитым. А до этого вам надо писать что-нибудь получше.

Гайдн

Ошибка оракула
К старому венскому капельмейстеру явился молодой человек и, протянув конверт с рекомендательным письмом от своего первого учителя музыки, застенчиво попросил обучить его контрапункту.
Распечатав конверт, капельмейстер прочитал: «Податель сего пустой фантазер, который помешался на том, что может сделать переворот в музыке. У него вовсе нет таланта, и он, конечно, за всю свою жизнь не сочинит ничего порядочного. Имя его — Йозеф Гайдн».

Менуэт быка
Великий австрийский композитор Йозеф Гайдн, к немалому своему удивлению, увидел однажды у себя в доме гостя — мясника, который оказался любителем и знатоком его произведений.
— Маэстро,- мясник почтительно снял шляпу,- на днях свадьба моей дочери. Напишите мне новенький красивый менуэт. К кому же мне обратиться с такой важной просьбой, как не к прославленному Гайдну?
Через день мясник получил драгоценный подарок композитора, а спустя несколько дней решил отблагодарить его. Гайдн услышал оглушительные звуки, в которых он с трудом узнал мелодию своего менуэта. Подойдя к окну, он увидел у своего крыльца великолепного быка с позолоченными рогами, счастливого мясника с дочерью и зятем и целый оркестр странствующих музыкантов. Мясник сделал шаг вперед и произнес с чувством:
— Сударь, мне думается, что лучшим выражением признательности за прекрасный менуэт со стороны мясника может быть только лучший из его быков.
С тех пор этот до-мажорный менуэт Гайдна стал называться «Менуэтом быка».

Остроумная месть
Однажды Гайдн дирижировал оркестром в Лондоне. Ему было известно, что многие англичане порой ходят на концерты не столько ради удовольствия послушать музыку, сколько по традиции. Некоторые лондонские завсегдатаи концертных залов приобрели привычку засыпать в своих удобных креслах во время исполнения. Гайдну пришлось убедиться, что и для него не сделано исключения. Это обстоятельство весьма раздосадовало композитора, и он решил отомстить равнодушным слушателям.
Месть была остроумной. Специально для лондонцев Гайдн написал новую симфонию.
В самый критический момент, когда часть публики начала клевать носом, раздался громоподобный удар большого барабана. И каждый раз, едва слушатели успокаивались и вновь располагались ко сну, раздавался барабанный бой.
С тех пор эта симфония носит название «Симфония с ударами литавр», или «Сюрприз».

Суворов

Глазомер
Когда спросили у Александра Васильевича Суворова, что такое глазомер, великий полководец ответил:
— Глазомер — это значит нужно влезать на дерево, обозреть неприятельский лагерь и тут же поздравить себя с победой.
Так поступил он при Рымнике.

Что кого касается
Жена одного офицера как-то пожаловалась А. В. Суворову на своего мужа:
— Ваша светлость, он со мной дурно обращается.
— Это меня не касается,- ответил полководец.
— Но он за глаза и вас бранит.
— А это, матушка, тебя не касается.

Городки
— Александр Васильевич,- спросили Суворова,- как вы оцениваете игру в городки?
— Игра в городки развивает глазомер, быстроту и натиск,- ответил полководец.- Битою мечусь — это глазомер. Битою бью — это быстрота. Битою бью — это натиск.

Моцарт

Благодарный подданный
Эрцгерцогиня Мария-Антуанетта водила маленького Моцарта, будущего композитора, по венскому дворцу. Мальчик поскользнулся на паркетном полу и упал. Эрцгерцогиня поспешила поднять его.
— Вы очень добры,- сказал ей юный музыкант,- я на вас женюсь.
Мария-Антуанетта передала слова Моцарта своей матери.
— Почему ты хочешь жениться на ее высочестве? — спросила императрица.
— Из благодарности,- ответил Моцарт.

Непосредственность
Однажды знатный зальцбургский сановник решил побеседовать с юным Моцартом, который к тому времени уже приобрел мировую славу. Как обратиться к мальчику — вот что смущало вельможу. Сказать Моцарту «ты» — неудобно, слишком велика его слава, сказать «вы» — слишком много чести для мальчика. Но вот выход найден:
— Мы были во Франции и Англии? Мы имели большой успех? — спросил сановник.
— Но я вас, кажется, нигде никогда не встречал, кроме Зальцбурга! прервал его простодушный Вольфганг.

Как это сделать
Один молодой человек спросил Моцарта, как писать симфонии.
— Вы еще очень молоды,- ответил Моцарт,- почему бы вам не начать с баллад?
— Но ведь вы сочинили симфонию, когда вам было всего девять лет.
— Это верно,- согласился Моцарт,- но я никого не спрашивал, как это сделать.

Завистникам не союзник
У Гайдна было много завистников среди посредственных композиторов. Один из них решил завербовать себе в союзники. Моцарта. Он пригласил великого композитора на концерт, в котором исполнялся гайдновский квартет, и во время исполнения возмущенно сказал Моцарту.
— Я бы так никогда не написал.
— Я тоже,- живо ответил Моцарт,- и знаете почему? Ни вам, ни мне эти прелестные мелодии никогда не пришли бы в голов

Источники:

http://obshe.net/posts/id390.html
http://obshe.net/posts/id200.html
http://jenskiymir.com/znamenitosti/iz-zhizni-izvestnyh/3385-zabavnye-istorii-iz-zhizni-izvestnyh-lyudey.html

Ссылка на основную публикацию
Статьи на тему:

Adblock
detector